Евгений Царьков: Зеленый змий в руках державы

В Верховной Раде зарегистрирован законопроект под авторством лидера фракции коммунистов Петра Симоненко о введении государственной монополии на производство и реализацию коньячного и плодового спирта, алкогольный продукции и табачных изделий. Стоит отметить, что это системный подход Петра Николаевича — на введении госмонополии на табак и алкоголь он последовательно настаивает много лет подряд.

Некоторые журналисты, подогреваемые лоббистами алкогольной и табачной отрасли, а возможно, и еще чем-то, сразу подняли крик и развязали дезинформационную войну в стиле «отбирают последнее».

Как заместитель профильного комитета парламента, хочу провести маленький ликбез по этому поводу.

Мифы о госмонополиях

Главный миф — что госмонополия на данные отрасли присуща только соцстранам.

У нас любят смотреть на Европу и Америку. Так вот, во многих демократических странах с рыночной экономикой принято социально ответственное законодательство, предписывающее монополию государства на производство или продажу спиртных напитков.

Многие североамериканские и североевропейские государственные монополии на алкоголь были установлены после периода более или менее неограниченной торговли, а затем — после запрета на торговлю алкоголем. Алкогольный рынок Швеции и ее соседей по Скандинавскому полуострову полностью монополен. В этих странах в течение почти всего XX в. производство и реализация спиртных напитков принадлежали госмонополиям. В Швеции монополия называется Sysembolaget, в Финляндии — Alco, в Норвегии — Vinmonopolet.

В Финляндии с 1 января 1995 г. действует закон об алкоголе, который распространяется и на розницу. Согласно ему государственная алкогольная компания владеет монопольным правом розничной продажи спиртных напитков. В Норвегии госмонополия Vinmonopolet, созданная в 1922 г. имеет эксклюзивное право продавать алкогольные напитки крепче 4,7%. Магазины Vinmonopolet, как правило, располагаются в крупных населенных пунктах и работают по специальному графику: в будни — до 17.00, в субботу — до 15.00. В барах и ресторанах продажа алкоголя — без проблем.

В Канаде и в двадцати штатах США, защищающих свои рынки в первую очередь от контрафактной и нелегальной продукции зарубежных производителей спиртных напитков, также сильное госрегулирование продажи алкоголя. При этом государство регулирует количество, цену и качество алкогольной продукции, поставляемой из разных стран с целью продажи через государственные оптовые и розничные магазины.

Но не только в скандинавских странах, Канаде и США действуют нормы о госмонополии в отношении алкогольной отрасли. В Австрии государственная монополия охватывает приемку алкоголя от производителей и реализацию через госструктуру. В Болгарии — жесткая государственная монополия на производство и торговлю алкоголем. В Китае — государственное регулирование производства, оборота этилового спирта и алкогольной продукции. В Литве — госмонополия на производство вина и крепких спиртных напитков. В Македонии — на производство и распределение алкоголя. В Турции госмонополия на производство крепких спиртных напитков и контроль реализации продукции. В Туркмении — госмонополия на производство всех алкогольных напитков. В Уругвае — на производство крепких спиртных напитков. В Швейцарии — госмонополия на производство крепких спиртных напитков (за исключением вина, пива, сидра) и регулирование лицензий иных производителей.

Немного истории

На Руси употребление алкоголя — проблема не новой истории. Как засвидетельствовали историки, «капиталистическое производство и жажда наживы способствовали появлению на российском рынке дешевых сортов водки, из сырья, которое не поддается полной очистке от сивушных масел».

Фактически, получив свободу, производители заполнили рынок дешевыми алкогольными напитками, так называемой водкой для народа: суррогатами из сомнительного (например, картофельного и свекольного, поставлявшегося в основном из Украины) сырья. Россию захлестнуло повальное и хроническое пьянство низов. В конце XIX в. власть вынуждена была пойти на введение четвертой по счету водочной монополии. Эта глубокая реформа разрабатывалась серьезно и всесторонне и проводилась в несколько этапов: с 1894-го по 1902 г. У ее истоков стоял крупнейший политический деятель России министр финансов Сергей Юльевич Витте, сторонник строительства казенных водочных заводов. Количество «пьяных безобразий» резко пошло на убыль, а казна получила огромные прибыли.

В начале XX в. в России более трети годового дохода государства составляла выручка от торговли водкой. С 1905-го по 1912 г. было продано 440 млн. ведер сорокаградусной водки. За эти годы от ее продажи получено прибыли 185 млн. руб., а от эксплуатации железных дорог — только 160 млн. руб.

Год назад тогдашний министр финансов Федор Ярошенко подарил мне аутентичную копию атласа налогов и сборов Витте. В главной сводной таблице поступлений в бюджет Российской империи, включающей в себя большую часть современной Украины, третьим показателем по объему абсолютных поступлений составил… питейный налог!

Здоровье нации

Государственная монополия на алкоголь имеет колоссальное влияние на здравоохранение и общественный порядок. Она твердо стоит на защите правовых интересов общества. Для обеспечения справедливости экономики, как рыночной, так и плановой, монополии часто назначают одну и ту же цену на одинаковые товары во всех местах продажи, в то время как при рыночной конкуренции цены были бы выше в более отдаленных местах и ниже — в столичных районах.

В целом государственные монополии на алкоголь можно рассматривать как подходящие инструменты здравоохранения. Они путем использования различных механизмов могут снижать в обществе степень действия и уменьшать вредные последствия употребления алкоголя. Этот вывод подкрепляется рядом исследований. Работы по изучению влияния приватизации системы монополии на розничную торговлю алкоголем показали, например, повышение уровня его потребления и рост связанных с этим проблем. За годы госмонополии в Швеции доля потребления крепкого спиртного снизилась с 65 до 26%.

Монопольные системы также отражают стремление ограничить доступность алкогольных напитков. К примеру, в Финляндии 320 магазинов обслуживают население более чем в 5 млн. человек. В Норвегии на 4,5 млн. жителей приходится 157 монопольных магазинов. В Швеции — 462 магазина на 8 млн. жителей

Проблемы в СНГ

Что касается нас. На Украине количество граждан, которые умирают от отравления некачественным спиртным и других причин, связанных с алкоголем, выросло с 30 тыс. до 40 тыс. в год. А прибавьте сюда страдания и потери родственников и членов семей…

Даже Россия на опыте СССР «готовит сани». Она настояла, что сохранит за собой право ввести государственную монополию на торговлю алкоголем после вступления в ВТО. Сейчас у правительства нет такой необходимости, и условия были обговорены «на всякий случай», говорят чиновники. Хотя этот вопрос уже не за горами. Рыночные механизмы — акциз и т. п. — не работают. В прошлом году в России было официально продано 1,5 млрд. л водки и ликеро-водочных изделий, а выпито 2,3 млрд. л, в том числе самогона, спиртосодержащих жидкостей. То есть треть потребляемого алкоголя в стране продается нелегально. Сегодня власти абсолютного числа регионов как России, так и Украины готовы монополизировать розничную продажу крепких спиртных напитков.

К тому же подобный опыт на постсоветском пространстве уже имеется. В Белоруссии, которая с 2003 г. идет по этому пути, катализатором принятия решения о монополизации рынка алкоголя и табака послужили выводы комитета госконтроля страны по результатам проверки предприятий, которые производили и продавали данные группы товаров. Количество претензий налоговых и контрольных органов тогда превысило все мыслимые пределы. К примеру, из проверенных 169 предприятий, которые в 2002 г. производили алкогольные напитки, 132 (77,6%) нарушали налоговое законодательство. О фальсификации и вреде здоровью вообще никто не говорит. Итог реформы — огромные поступления в бюджет и высочайшее качество продукции на территории СНГ.

Если же говорить о нашем будущем — детях, то тут ситуация аховая. С 9—10 лет дети начинают употреблять слабоалкогольные напитки в железных баночках и ярких бутылочках. В ларьках, магазинах их больше, чем конфет и мороженого, да к тому же продаются они практически круглосуточно. Когда эксперты отдали эти «безвредные», по заверениям производителей, напитки на экспертизу, в одной банке оказалось 50 г водки плюс кофеина на шесть чашечек крепкого кофе. То есть девочка или мальчик выпивают в неделю по стакану — два водки… А это отражается на демографии, здоровье и качестве жизни. К тому же, по данным ВОЗ, Украина на 20-летие независимости «заработала» 1-е место в мире по уровню детского алкоголизма.

Финансовый аспект

Ликеро-водочный бизнес не имеет аналогов по своей прибыльности и рентабельности. Водка — спиртной напиток, представляющий собой бесцветный водно-спиртовой раствор крепостью 40%. Если учесть, что все спиртзаводы государственные и отпускают спирт частным производителям по смешной цене, а те в свою очередь, добавив туда воды и потратившись на тару и этикетку, продают продукт уже по рыночной стоимости, то государство должно иметь доход в виде поступлений налогов и сборов. Однако этого не происходит.

Прибыль производителей в данной сфере составляет 250—400%! В момент жарких споров и обсуждений при принятии «тигипковского» Налогового кодекса было сказано, что предприниматели отрасли приносят в бюджет 5 млрд. грн. Цифра, казалось бы, большая, но это очень мало. Дело в том, что львиная доля реальной прибыли попросту распыляется, т. е. действует принцип Остапа Бендера — разрешено все, что не запрещено. Поэтому огромные прибыли выводятся в офшоры, где зарегистрированы «совладельцы», уплачиваются астрономические суммы в виде «роялти за бренд» и даже рецептуру. Плюс «старые-добрые» схемы, дыры в законодательстве, высокооплачиваемые юристы и коррупция также делают свое дело.

Под крики и стоны отрасли о том, что налоговая и акцизная политика давит на нее, зачастую работают «третьи смены». То есть разливаются неучтенные партии товара. Есть и «классика», по которой «прихватизировали» многие заводы. Казенный водочный завод «Солнышко» производит водку, к примеру, по 8 грн. Продает ее торговому дому «Солнышко» как эксклюзивному дилеру по 8,05. На 5 копеек налогов включили 50 — расходов: амортизация, электроэнергия и т. д. Государству — шиш. Торговый же дом, созданный специально, продает продукцию в розницу по 13—15 грн. Прибыли — в офшор или холдинг-пирамиду.

По данным экспертов, в случае введения государственной монополии на отрасль поступления в бюджет составят 75—80 млрд. грн! Для сравнения: доходная часть бюджета Украины на 2012 г. — 332,8 млрд. грн. Если к доходам от алкогольной госмонополии добавить доходы от табачной госмонополии (кстати, к позору Украины, у нее не осталось не одной национальной табачной фабрики), то суммарные поступления в казну могут составить 110—120 млрд. грн. А это треть бюджета! Вот вам и деньги на социальные стандарты, повышение пенсий и зарплат бюджетникам, плюс здоровье нации, снижение смертности и криминогенной напряженности.

Итоги

Война предстоит серьезная. Почти в каждой фракции парламента, кроме фракции КПУ — в этом я уверен на сто процентов, — есть представители алкогольного лобби.

Если вспомнить историю, то в 2002 г. Леонид Кучма даже подписал указ «О мерах по введению государственной монополии в сфере контроля над производством и оборотом спирта, алкогольных напитков, табачных изделий», который предусматривал введение акцизных складов для организации оптовой торговли алкоголем. Вскоре после этого 50 депутатов Верховной Рады обратились в Конституционный Суд, который в апреле 2003 г. признал положения указа Кучмы не соответствующими Основному Закону…

Однако надежда есть. Честный производитель понимает: чтобы удержать свое производство — лучше иметь дело с государством, как это происходит во многих странах. И однозначно стабильнее. (Дабы «представители власти» не принесли с улыбочкой собственнику под топот спецназа ксерокопию паспорта о переоформлении долей…)

Евгений Царьков, народный депутат Украины, заместитель председателя Комитета ВР по вопросам финансов, банковской деятельности, налоговой и таможенной политики